Новое в деревне

Описание: Публикация: Крестьянская газета. — 1924. — 5 мая.

Мимо прокуренной грязной комнатушки с оглушительной надписью: «резиденция милиции» прохожу в большую комнату Камышевского волисполкома.

Утро большого поповск. праздника – благовещенья. Народу всё-таки полно. Столпились у большого стола, где ведётся запись в члены кредитного т-ва.

Быстро задаются вопросы: сколько лошадей, пашни, покосу, гуменника, усадьбы, сколько семьи?

– Мельниц нет? Кустарных мастерских тоже?

– Ремесленный инвентарь имеешь.

– Какой это, Егор Феклистович?

– Ну, трубки, котел, где самогон варишь, – шутит записывающий.

Опрашиваемый ухмыляется и говорит:

–Нет. Давно уже сломано всё. Да и зря это на меня все говорят. Дело-то ведь какое было…

– Ну, видишь, некогда. Чья очередь?

– Ты бы нас, Егор Феклистыч, записал. На конференцию нам ехать надо.

– Как, ребята, можно?

– Ладно уж. Пиши делегатов. Подождем. Только, чтоб седни и нас кончить.

– Да где же успеть одному запросить и записать. Где раньше были?

– То-то-вот… теперь только свою пользу узнали. Вишь навалило. Поди, человек 300 всех то наберется.

– Ну, триста не будет, а 200 наверняка. Пойдет, видно, это дело теперь у нас, говорит председатель и продолжает опрос.

В комнате направо около стола председателя тоже «сгрудились».

– Скоро ли развяжемся. Ведь на 30 верст, в 30 кусках.

Председатель, бойкий, молодой ещё человек, уверенно сообщает:

– Ныне распутаем. И земли учтём и передел закончим. Землемеров вот, плохо, – не хватает.

– Везде значит поняли, какая петля старинка-то наша, – говорит седобородый старик и отходит к шкафу, на стенке которого под надписью: «гр-не, здесь курить нельзя», наклеены не совсем обычные для волисполкома портреты Льва Толстого и Тараса Шевченко.

Деревенский.